Безработица и неполная занятость с начала кризиса быстро увеличивается. Последствия могут оказаться довольно серьезными.
25 марта 2009
Общая численность безработного населения в России в феврале 2009г., по предварительным данным Федеральной службы государственной статистики (Росстат), увеличилась на 20,6% по сравнению с февралем 2008г. и составила 6,4 млн. человек, или 8,5% экономически активного населения. Быстро растет и число граждан, зарегистрировавшихся на бирже труда, — таковых на середину марта насчитывалось уже 2,1 миллиона. Появились прогнозы об увеличении этих цифр к концу года до 4 млн. человек.
Также наблюдается существенный прирост неполной занятости в самых разнообразных формах. Это и граждане, работающие в режиме неполного рабочего времени (595 тыс. человек), и ушедшие в вынужденные отпуска (451 тыс. человек), отправленные в отпуска по собственному желанию (1 млн. 580 тыс. человек). В сумме неполная занятость охватывает уже свыше 15% рабочей силы, это довольно много, фактически это откат к ситуации на рынке труда 2000—2001 годов.
Если сбудутся худшие прогнозы, без работы останется каждый пятый работоспособный житель России. Это крайне опасный сценарий. Социально-политические последствия такого шокового сокращения очевидны. Рост преступности, распад социальной ткани, деградация человеческого капитала, политическая нестабильность, удар по будущим поколениям. Экономические последствия будут не менее тяжелыми. И тут далеко не все сводится к пресловутому падению потребительского спроса. Резкий рост безработицы угрожает обернуться затяжным структурным регрессом хозяйства страны.
Безработица, как показатель экономической стабильности той или иной страны, характеризует рынок труда. Это своего рода вершина айсберга. Да, она имеет большое значение для экономики, но в основном является средством манипулирования политиков и журналистов. Куда страшнее безработицы хроническая неспособность нашей экономики генерировать достаточное для большой страны число квалифицированных рабочих мест. В этом смысле гораздо важнее следить за динамикой и структурой занятости, в каком количестве и какие рабочие места создает или не создает экономика. Безработица зачастую является лишь следствием того, что спрос на труд уменьшился, и экономика не создает рабочие места.
Если взять сырьевой сектор нашей экономики, нефтегазовую и прочие добывающие отрасли промышленности, то все они капиталоемкие, но не трудоемкие. Они наращивают выпуск и добычу за счет роста фондовооруженности труда и почти не создают новых рабочих мест. Сырьевой сектор не в состоянии обеспечить работой всех наших граждан.
Что же касается ситуации в секторе крупных и средних предприятий, то проблема стоит довольно остро. Они быстро сбрасывает рабочие места. Росстат уже обнародовал отчетные цифры занятости на крупных и средних предприятиях за январь — это 36,3 миллиона человек против 36,8 миллиона месяцем ранее. А значит, только за один месяц предприятия сократили пятьсот тысяч рабочих мест. Для сравнения: за весь 2008 год число занятых на крупных и средних предприятиях сократилось на 700 тысяч человек, а тут полмиллиона всего за месяц.
Конечно, принимаются решения федеральных и региональных органов власти в области занятости. Однако зачастую их действия носят противоречивый характер. То, что делают власти, может, как-то и сдерживает рост безработицы, но точно не стимулирует занятость. Власти, напуганные страхами социальных последствий кризиса, резко ужесточили контроль за соблюдением трудового законодательства. Например, предприятия обязываются в десятидневный срок сообщать о вынужденных увольнениях, если задерживается выплата зарплат в ход идет прокуратура со всеми вытекающими последствиями. В результате предприятия имеют крайне ограниченные возможности адаптации к кризису, как с точки зрения занятости, так и с точки зрения заработной платы и регулирования рабочего времени — двух главных механизмов адаптации рынка труда. В такой ситуации у предприятий остается один выход, неподконтрольное государству — это постепенное выталкивание людей через стимулирование добровольных увольнений и замораживание найма. Предприятия все равно добьются своего, но какова будет итоговая цена такой политики. К тому же очевидно, что, если никак нельзя оптимизировать трудовые издержки в условиях спада, лучше не наращивать занятость в условиях подъема. Но это прямой путь к хроническому кризису на рынке труда и к дальнейшей деформализации занятости.
Таким образом, основной упор должен быть сделан на создание миллионов новых рабочих мест. Необходимо также подумать о качестве создаваемых рабочих мест. Недопустимо ставить во главу угла политики занятости дешевые рабочие места и жалкие пособия по безработице — это подрывает способность нации к социальному воспроизводству. Но чтобы в стране создавались качественные и дорогие рабочие места, требуются реальные шаги по созданию условий для долгосрочного развития бизнеса. Создать их сможет только частный сектор, когда увидит перед собой понятную перспективу, дружественные бизнесу государство и институты. В частности, работающим крупным компаниям нужны длинные дешевые кредиты, нужен благоприятный налоговый климат в сфере обложения фонда оплаты труда. Это тесно сопряжено с развитием малого и среднего бизнеса, который в нашей стране вместо развития окончательно уничтожается.
В опубликованном недавно бюджете 2009 нет конкретных целей и объема финансирования в данном направлении и это очень плохо. В США еженедельно публикуются данные о количестве созданных рабочих мест и количестве новых обращений за пособиями по безработице (не говоря уж о данных о производительности труда). Эти данные очень важны для экономики. И почему бы нашим властям не начать брать пример в позитивных сферах у страны, которая в свое время научила мир заниматься бизнесом. Все остальное — пособия, защита рабочих мест, программы переподготовки — конечно крайне важно в общем комплексе мер, но не заменит людям работу.
