Многие американские эксперты признают, что еще до краха в 2008 году американская экономика уже не могла обеспечивать себя. По данным Бюро Анализа Экономики США потребление, по сравнению с послевоенным периодом, возросло на 71%. Этот уровень значительно выше, чем в других развитых промышленных странах, и гораздо выше уровня потребления в Китае и других быстро развивающихся государствах. И это в то время, когда объем промышленного производства, сокращается, торговый дефицит растет, как и прежде, а сбережения американцев после краткого подъема в начале года иссякают. 

Последний «подскок» в ВВП не является результатом роста объема производства, а основан на том факте, что США занимают больше, чем когда-либо раньше. А это как раз то, что привело к дисбалансам в американской экономике, которая не может, бесконечно расти за счет того, что одалживает больше, чем производит. Уже сейчас очевидно, что такой курс не просто несостоятелен, — он лишь наращивает долг, чем обеспечивает неминуемо более глубокую рецессию.

За счет выпуска казначейских обязательств США финансируют свой государственный долг, являющийся самым большим в мире. За последние два года он увеличился более чем на треть. За год сумма выросла на $634,6 млрд. Общий объем государственного долга США без учета гарантированных займов компаний с государственным спонсорством (в частности, ипотечных агентств Fannie Mae и Freddie Mac) составляет сейчас около $12,5 трлн. (более 85% от ВВП). И это еще не предел. В феврале президент США Барак Обама подписал законопроект о повышении потолка государственного долга страны до $14,3 трлн. Если госдолг дойдет до установленного законом нового предела – а он дойдет, потому что такова общая тенденция – то это будет означать, что каждый гражданин США гипотетически станет должен иностранным кредиторам примерно 46 тысяч долларов. В настоящее время правительство США прогнозирует рост ВВП на 2,7% в 2010 году и, соответственно, на 3,8% в 2011 году. При этом предполагается, что дефицит бюджета в течение этих двух лет превысит $3 трлн.

Несмотря на эти удручающие цифры, США продолжают активно пользоваться вынужденным доверием мировых инвесторов к своим денежным инструментам. Создается парадоксальная картина — доверие к американской экономике уменьшается, по мере увеличения ее долга и угроз рейтинговых агентств снизить кредитный рейтинг страны, но вложения в нее растут.

И, конечно же, основной фактор, который позволяет США быть источником долгосрочного инвестирования, — это уникальная роль доллара в качестве резервной мировой валюты и нежелание американских кредиторов изменить этот статус. Главные держатели валютных резервов – Китай, Япония, Россия и Объединенные Арабские Эмираты – не готовы к падению доллара, поскольку это принесет им потери в $5—6 трлн.

Однако, доверие инвесторов, пусть даже и вынужденное, начинает иссякать. В начале года основные кредиторы США Россия и Япония резко сократили свои вложения в американские государственные облигации. Вложения России в US Treasuries за январь сократились на $17,6 млрд., Японии — на 765,4 $млрд.

Из-за перенасыщения рынка государственными облигациями на фоне рекордного роста бюджетного дефицита на американском фондовом рынке сложилась парадоксальная ситуация – ставки по корпоративным облигациям оказались ниже доходности казначейских облигаций США. Балансы американских компаний с высокими рейтингами делают их бумаги более привлекательными, чем облигации американского казначейства. Получается, что кредиты государства стали менее привлекательны, чем кредиты крупнейших компаний, пусть даже и с высоким корпоративным рейтингом. Вот он — результат гигантских заимствований для борьбы с кризисом.

Финансовый кризис, который начал развиваться в 2007 году, имел под собой некую важную основу: появление виртуальной стоимости, превращение её в материальные блага и потребление этих благ. В результате появились колоссальные объемы внешних суверенных долгов. Прежде всего, у тех стран, которые потребляли больше всего. Когда разразился кризис, стало понятно: что-то было упущено. Решение было классическим – залить пожар кризиса государственными деньгами. Но когда главные проблемы, чтобы не свалиться в пропасть, были решены, возникло новое явление – фантастические суверенные долги и невероятные бюджетные дефициты. Фактически, из одной формы кризис сегодня трансформирован в другую, которая пока еще, как кризис не осознается. Ощущение, что США, как государство, не в состоянии рассчитываться по своим долгам, еще не наступило. Одно ощущение подменили другим: полный крах прикрыли имиджем самой надежной финансовой системы. Но насколько надежна эта система?

Утрата доверия во все государственные долговые обязательства, в особенности в американские казначейские векселя — основной «безрисковый» актив в мире, может негативно сказаться на восстановлении мировой экономики. Но в то же время, чрезмерное беспокойство в отношении странового риска может спровоцировать преждевременное ужесточение фискальной политики, что может столкнуть мировую экономику обратно в пропасть рецессии. Ведь ни для кого не секрет, что сегодня ничего более надежного, чем долговые обязательства США, пока не существует. Инвесторы по-прежнему ищут убежище в американских активах, а не бегут от них, когда стремятся избежать рисков.

Но возникает вопрос: можно ли справиться с долговым кризисом, набирая все новые и новые долги? Ведь пока зарубежные правительства будут продолжать финансировать американскую привычку тратить деньги, структурные дисбалансы в американской экономике будут сохраняться. А ведь урегулирование глобального экономического дисбаланса является сейчас первостепенной необходимостью. А это требует от американцев меньше тратить и больше сберегать. Но поскольку иностранные банки продолжают скупать долги США, опасный курс на увеличение государственного долга сохраняется. Возможно США да и другим странам с высоким уровнем внешнего долга пора задуматься над сокращением государственных затрат и умерить свои аппетиты? В любом случае, понятно, что сократить госрасходы будет трудно, но нужен четкий план, как это сделать.

Но пока, похоже, такого плана нет ни у держателей крупнейших пакетов акций мировой экономики, ни у самих США. Сегодня они стремятся обойтись косметическим ремонтом глобальной финансовой системы, избежав глубоких и структурных реформ. На фоне бравых речей американских властей о том, что «американская экономика возвращается на прежние рельсы» (Тимоти Гайтнер), и «администрация Белого дома уже начала предпринимать действия по сокращению бюджетных расходов» (Барак Обама), реальных шагов по сокращению бюджетного дефицита США мы пока не видим. Наоборот, государственные расходы продолжают расти. Подписанный на днях президентом США закон о здравоохранении предполагает потратить из государственной казны около $940 млрд. на протяжении последующих 10 лет. И это не единственная государственная программа администрации США.

Сложившаяся ситуация не изменится до тех пор, пока маятник расходов кардинально не изменит движение и не начнет двигаться в противоположном направлении. С одной стороны, это будет катастрофическая перемена, но с другой — ушат холодной воды, который необходим, чтобы вернуть экономику США к жизни. А пока, чем выше процент расходов, тем более болезненным будет окончательное падение экономики. Однако вместо того чтобы позволить болезненному, но полезному уколу вылечить американскую экономику, власти США предпочитает обезболивать общество ядовитым новокаином дешевых денег…